Марина О. – владелица фирмы, зарегистрированной в Южной Моравии. Эта фирма, директором которой является многолетний друг Марининой семьи, мораванин Михал, занимается риелторскими услугами. В Чешской Республике Марина живёт уже пять лет, но, как специалист в области финансовых инвестиций и коммерческой недвижимости, постоянно находится в разъездах: то в Германии или Франции землю присмотрит, то в Россию на переговоры или финансовые консультации поедет. Условия пребывания она выполняет исправно – в ЧР находится не меньше положенных 180 дней, да и бизнесом занимается активно. Но бизнес – это всегда риски. В прошлом году фирма ушла в минус. В Марине сочетаются несочетаемые, казалось бы, для бизнесмена качества. Несмотря на деловую хватку, умение грамотно анализировать сложные ситуации, прекрасно разбираться в процессах управления ценными бумагами предприятий и прочих, недоступных рядовому разуму, сложных моментах, она, тем не менее, остаётся настоящей женщиной: воспитанной, заботливой, доброй, нежной, весёлой и – что совсем уж непонятно с учетом её бизнеса – немного наивной в плане веры в человеческую порядочность. За пять лет пребывания в стране Марина исправно продлевала свой вид на жительство, удивляясь тому, что люди так много говорят об этой в общем-то простой процедуре, которая хоть и отнимает какое-то время, но уж точно не должна расстраивать честных людей, не нарушающих законы. «Люди склонны преувеличивать, – думала она, – ведь в полиции работают обычные сотрудники, которые просто проверяют документы и шлёпают в паспорт очередной ВНЖ».

Вызов

Но пару недель назад вера Марины в справедливость была разрушена до основанья – практически как мир насилья в знаменитом «Интернационале»: женщина получила повестку, в которой её вызывали на допрос. «Я сначала подумала, что это просто какое-то недоразумение, но в повестке было чёрным по белому написано: «Вызов на допрос». Этому посвящался первый абзац, где были указаны дата и точное время мероприятия, предупреждение о штрафе в 50.000 крон и доставке будущего допрашиваемого в сопровождении полиции в случае неявки. Остальные четыре абзаца подробно рассказывали о том, что если она не понимает чешского языка, то должна привести переводчика, и это должен быть переводчик, внесённый в реестр переводчиков, а если переводчик не внесён в реестр переводчиков, то он не может быть переводчиком, и вообще, переводчик должен быть оплачен из кармана допрашиваемого.

Визит

Запутавшись в переводчиках и не нуждаясь в их услугах, Марина в шесть утра выехала из Праги, где находилась по делам, в сторону Моравии, чтобы прибыть вовремя на допрос. Приехав на час раньше указанного в повестке времени, она вошла в здание полиции и, увидев за столом в приёмной секретаршу, показала ей повестку и сказала: «Я приехала немного раньше, может быть, можно начать уже сейчас?»

То, что произошло потом, говорит она, повергло её в шок, ибо секретарша буквально подскочила на месте и, выхватив у Марины повестку, стала тыкать пальцем в цифры 11:30 и кричать (на чешском языке, само собой): «Вы что, читать не умеете? Здесь написано 11:30, а не 10:30! Вы пришли на час раньше потому, что читать не умеете? Тогда наймите себе переводчика! И если вы наймёте себе переводчика, то это должен быть переводчик из реестра переводчиков...» (Далее – по тексту, см. выше). Марина ответила ей, что для того, чтобы прочитать цифры, не нужны переводчики, и они вообще ей не нужны, она просто пришла раньше, зачем этот крик поднимать, и что она сделала вообще, чтобы на неё так кричали? Каркнув в последний раз, секретарша плюхнулась на место и прохрипела: «В 11:30. И приведите с собой переводчика, раз не понимаете чешский».

Решив, что объясняться с этой странной дамой больше не имеет смысла, Марина ушла из полиции и вернулась точно в срок. К этому моменту подъехал и её моравский директор – на случай, если в полиции захотят узнать что-то о внутренних делах фирмы. «В принципе, – говорит Марина, – даже несмотря на нервную секретаршу, я не особо переживала, мало ли, какие у неё проблемы. Я встречаю разных людей, и у меня выработан иммунитет к хамству. Не по себе мне стало тогда, когда, войдя в комнату, я увидела трёх свидетелей и… «секретаршу» за главным компьютером. В общем, она оказалась вовсе не той, за кого я её приняла, а самой что ни на есть главной сотрудницей, которая начала мой допрос. Во время него мне казалось, что это всё происходит в каком-то кино, сейчас режиссёр крикнет: «Снято!», и все пойдут отдыхать, но не тут-то было».

Допрос

«Сначала сотрудница меня несколько раз спросила, не принимаю ли я наркотики, не употребляю ли регулярно спиртное, не успела ли я уже сегодня принять алкоголь и не нужен ли мне переводчик. Мне очень хотелось ответить, что теперь, после нашего с ней общения, я точно буду пить каждый день и мне нужен не переводчик, а психотерапевт, – рассказывает Марина, – но напряжённая обстановка не располагала к шуткам». Женщина подписала несколько бумаг о том, что она находится в трезвом уме и ясной памяти, и процесс начался. Он состоял из ответов на 36 вопросов, внесённых в компьютер. В случае если ответ совпадал с тем, что заложено в программу, можно было переходить к следующему пункту. Если нет – программа выдавала дополнительные подпункты. Таким образом, вопросов становилось уже не 36, а гораздо больше.

В начале допроса Марину вдруг чёрт дернул достать из сумки выписку из Торгового суда и сказать – вот, принесла на всякий случай, вдруг вам понадобится. «Прыжок, который совершила псевдосекретарша из-за своей стеклянной перегородки к моему столу, останется в памяти навсегда, – рассказывает женщина, – выдернув у меня из руки лист, она перевернула его вниз текстом и, стуча ладонью по столу, закричала: «Не сметь! Не сметь смотреть в листок!». «Вы ведёте себя так, словно я студентка на экзамене. Не кричите на меня», – сказала потрясённая Марина.

Сотрудница полиции задавала вопросы из-за стеклянной перегородки. Протоколировалось буквально каждое слово – например: «кстати, я думаю, что» и «отметьте, пожалуйста, ещё то, как…». Когда позже Марина подписывала многостраничный протокол допроса, она увидела все свои слова вплоть до «у вас очень жарко, можно мне воды?».

Вопросы

Вопросы были самые разные. О том, чем занимается фирма, почему выбрана именно Чешская Республика, как оплачивается работа директора, как платятся медицинская страховка и социальные отчисления, почему фирма ушла в этом году в минус, и не для себя ли лично скупила Марина 7 гектаров земли под Кладно с 40 домами. В общем, много-много всего пришлось услышать нашей героине, и на все вопросы она отвечала чётко, ясно, ибо живет здесь пять лет, продлевается не в первый раз, прекрасно разбирается в своей сфере деятельности и подловить её не на чем. «Докажите, что вы не просто так, ничего не делая, решили погреться в нашей Чешской Республике, а действительно занимаетесь бизнесом», – сказала главная сотрудница, на что Марина ответила: «Если бы я хотела просто греться в прекрасной Чешской Республике, я бы обеспечила себе счета в банке, а моя фирма не уходила бы в минус. Но я веду бизнес, и я не понимаю, почему мне приходится по пятьдесят восьмому разу объяснять одно и то же». «Что ж, – сказала полицейская, – это более-менее похоже на правду».

Случайное открытие

Допрос длился безостановочно 2 часа 45 минут. О том, чтобы выйти в туалет, Марина даже не помышляла. «Меня бы не выпустили, я даже и спрашивать не стала, чтобы не услышать очередной крик от этой истерички», – говорит она. Когда обалдевшая Марина, подписав протокол, покинула кабинет, моравский директор в шутку спросил у идущей следом свидетельницы допроса: «Вы её там что, приняли на работу? Трёхчасовое собеседование! Я уж думал, она у вас теперь в полиции работает». И свидетельница, очевидно, уставшая молчать в течение трёх часов, на голубом глазу выдала: «Знаете, вашей знакомой повезло. Она очень хорошо отвечала. И, возможно, она даже попадёт в те самые пять процентов». «Какие ещё пять процентов?» – хором спросили наивный моравский директор и уже далеко не такая наивная Марина. «Ну… пять процентов тех, кому продлят ВНЖ. У нас ведь негласная разнарядка: 95 % из тех, кого мы вызываем на допросы, получают отказы: Россия, Украина, Вьетнам». Поняв, что сболтнула лишнее, свидетельница быстро ретировалась в ближайшую открытую дверь.

На выходе Марина увидела псевдосекретаршу. «Вы забыли посветить мне лампой в лицо и выбить из-под меня стул во время допроса», – сказала наша героиня, уже не рассчитывающая на продление ВНЖ и мысленно приобретающая шенгенскую турвизу другой страны. Главная сотрудница по допросам сделала вид , что видит Марину впервые.

Маруся Поспелова

 




© 2009-2021 ПРАЖСКИЙ ЭКСПРЕСС - ИНФОРМАЦИОННОЕ ИЗДАНИЕ
Частичная перепечатка материалов разрешена с активной ссылкой на www.prague-express.cz
Перепечатка материалов в бумажных носителях - только с письменного разрешения редакции
Vydavatel: EX PRESS MEDIA spol. s r.o., Praha 5, Petržílkova 1436/35, IČ: 27379221
Kontaktní osoba: Ing. Boris Kogut, Telefon: +420 775 977 591 Adresa elektronické pošty: reklama@prague-express.cz
Všeobecné obchodní podmínky VYDAVATELSTVÍ EX PRESS MEDIA spol. s r.o. pro inzeráty a prospektové přílohy
Система Orphus