Максим Белявский создал чешско-русский сборник сленга

 

Фото: из архива Максима Белявского

В 2015 году в Чехии вышли две книги, которые заинтересовали и русскоязычное население Чехии, и многих жителей России. Во-первых, был издан с продолжением «Весёлый чешско-русский словарик» от Максима и Насти Янбековых, он собрал забавные чешско-русские «перевёртыши» и стал очень популярным даже не столько среди чешских русских, сколько среди не говорящих на чешском. А во-вторых, вышел справочник чешских сленговых выражений на русском языке. Первый даст вам вволю посмеяться и снабжён милыми картинками, второй тоже написан с юмором, но он ещё и исключительно полезен в каждодневной жизни. Книга Максима Белявского называется "Чешский язык. UNCENSORED (Слова и фразы, не вошедшие в словари).

 

Белорус Максим Белявский, отказывается называть своё детище словарём, хотя работа проделана большая и полезная — в книге более 5 тысяч слов и выражений, с которыми можно столкнуться на чешских улицах каждый день. Выражения эти с примерами употребления поданы в максимально «жизненном» виде, и вряд ли можно найти второй такой источник, где бы употребление чешского разговорного языка было столь систематизировано для русскоговорящих. Взять хотя бы самое простое чешское no, сокращённое от ano («да») — кстати, единственный случай, когда общеупотребительное «нет» употребляется как «да». Оно имеет ещё десятки значений в зависимости от конкретной ситуации: «нет-нет», «да», «кажется, вроде, да», «ну» (как слово-паразит) и прочее.

Это — будничный лексикон, это то, что можно услышать в каждой пивной, в каждой автомастерской и на любой улице. Максим Белявский рассказал «Пражскому экспрессу» об особенностях национального чешского сленга.

— Началось это с невинной шутки лет пять назад: кто-то что-то сказал, я уточнил, как переводить. И начал записывать... просто было интересно. Хоть по профессии я экономист, но периодически работаю переводчиком и для расширения словарного запаса стараюсь побольше читать, делаю выписки...

А специфический — профессиональный, уголовный, автомобильный, медицинский сленг — вы компилировали из литературы или из жизни?

— Поначалу из литературы, потом добавились разговоры со знакомыми в барах, на дискотеках, появилась большая тетрадка, потом она так увеличилась, что пришлось разбить по алфавиту... Последние два с половиной года я стал воспринимать это как книгу, систематизировать, складывать и проверять слова.

И много в книге профессиональных жаргонизмов?

— Только те, что интересны. Допустим, есть глава про жаргон автомобилистов, но там только самое расхожее, не думаю, что кого-то интересует, как будет «третья свеча» на этом сленге. К примеру, пришлось сделать отдельное приложение о наркотиках. И опять всё это началось случайно. Мы с моим приятелем — бывшим полицейским — пили пиво, к нему подошёл знакомый «тереняк», то есть человек, который работает с бездомными и наркозависимыми на улицах (v terenu). Я слушал их, и слово за слово набралось с десяток новых интересных выражений, потом мы с ним ещё несколько раз плодотворно пообщались... И пришлось фактически делать три колонки — чешский сленг, русский аналог, а потом то же слово на литературном языке, потому что этот сленг далеко не все и на русском-то понимают. И вот из ниоткуда — месяца два дополнительной работы. Но в книге больше простых разговорных выражений. Собственно блатного жаргона в чешском совсем немного, в отличие от советской субкультуры, где половина сидела, а половина охраняла... Да и «настоящего» чистого мата там, по моим оценкам, процентов пять-семь.

Для русского уха, мне кажется, чешская табуированная лексика довольно... проста и несколько «аграрна». Основные персонажи, вокруг которых крутятся самые простые ругательства, это вол и корова.

— Ну как проста? Им хватает — это главное. У славян вообще повелось, что табуированная лексика — вся вокруг слова (литературно скажем) «совокупляться», и в этом плане чешский не сильно отличается от других славянских языков. Корни похожие... Но, правда, существует исследование, где есть разделение употребления мата в Европе — на туалетную тематику и секс. У одних превалирует туалетная, а у других — кто что с кем сделает в случае чего. Это — классика.

В чешском языке мы наблюдаем, что количество выражений со словом г***о зашкаливает. Мало того, эта тема считается даже приемлемой для устоявшихся уменьшительно-ласкательных выражений. Взять хотя бы ласковое чешское prdelka. Чехам вообще свойственны диминутивы, и таких форм очень много. Например, «яблоко» может стать не просто «яблочком» (jabličko), но превращается в jabličičko, jabličenko и прочее. Пиво, естественно, становится «пивичком», кофе — «кафичком», и даже дебил — «дебилеком».

— Да, даже не «курва», а «курвичка». То есть, она курва, но отношение такое… по-деревенски доброе: это наше, все мы это знаем, все мы из одной деревни. Я могу к этому только добавить, что даже в жаргонном мате это тоже используется.

Ещё я заметила, что очень много субститутов, вплоть до совсем детских. Причём даже довольно безобидные слова чехи преобразуют эвфемистично: do hajzlu, например (hajzl значит «сортир» или «м***к»), превращается в do háje — «иди в поле». Что-то мне это мучительно напоминает детское: «иди на… хутор бабочек ловить». Чехи же никогда не скажут do prdele, а скажут do prčic («до прчиц»), прчице — это по-русски «деревня». Или ещё посылают do prkénka dubového — «в дубовое полено». Это связано, наверное, с тем, что сей мирок как бы одомашнивается и лингвистически.

— Ну и в русском есть заменители, такие как «блин», например. У чехов же это повелось ещё со времён Австро-Венгрии, со времён Первой республики было распространено безличное обращение hovno jedno, debil nějaky. Хотя всем понятно, кому именно это говорится, теоретически при судебном разбирательстве можно сказать: «Ну извините, я не называл так человека, я выразился обобщённо». То есть чтобы нельзя была привлечь за оскорбление личности, а лишь за мат в общественном месте.

Да, по-русски скорее скажут не «дебильчик» или «какой-то дебил», а «дебила кусок» — по серьёзному так. Но все эти особенности сохраняются и в современном молодёжном сленге?

— Да, но у чешской молодёжи совсем отдельный сленг, который развивается и меняется, как любой живой язык. И, конечно, как и везде, там много англицизмов.

Кроме того, есть целый отдельный пласт — это сленг Брно, Моравии, который в Праге просто никто не поймёт. В книге он представлен лишь спорадически, можно ещё один словарь составить из моравских слов, просто пришлось бы тогда делать специально ещё и чешский перевод, а потом русский. Брно в некотором роде похож на постсоветском пространстве на Одессу, там слышится присутствие немецкого языка и идиша, и всё это замешано на жаргоне, плюс моравский колорит, плюс чешский. Сами брненцы, если не хотят, чтобы пражане их понимали, просто говорят на своём языке.

Относительно специфичности этой книги могу только повторить фразу, которую обычно пишу на первой странице: «Слова, которые стоит знать, но не стоит говорить».

Беседовала Катерина Прокофьева

Книгу можно приобрести в онлайн-магазине чешского книжного дистрибьютора Kosmas.


Написать нам

Email:
Тема:
Текст:
Пражский экспресс - газета какого города?

Мы на карте


© 2009-2020 ПРАЖСКИЙ ЭКСПРЕСС - ЕЖЕНЕДЕЛЬНАЯ ГАЗЕТА
Частичная перепечатка материалов разрешена с активной ссылкой на www.prague-express.cz
Перепечатка материалов в бумажных носителях - только с письменного разрешения редакции.
Рейтинг@Mail.ru Система Orphus