Русская эмиграция, наполнившая в 1920–1930-е годы мир звучными именами, талантами и идеями, в Чехословакии не была столь многочисленной, как, скажем, во Франции. Но именно здесь, благодаря инициированной президентом Масариком Русской акции помощи, нашли приют многие выдающиеся деятели науки и культуры. Об этой уникальной программе написано и сказано много, этой теме посвящают своё время многие исследователи. Мы бы хотели напомнить о феноменальной личности, прибытие которой в Прагу было связано с Русской акцией помощи, но которая занимала в столице Чехословакии совершенно особенное место. Этим человеком был писатель Аркадий Аверченко.

 

Фото: http://russia.rin.ru

Писатель прожил в Чехословакии неполных три года, с перерывами на гастроли по европейским странам. Срок небольшой — тяжёлая болезнь и преждевременная смерть лишили мир большого оптимиста. Напомнить миру об Аверченко нас побудили две причины. Первая — недавний скандал с могилой украинского поэта Александра Олеся и эксгумацией его останков и опасения о судьбе могилы Аверченко на том же Ольшанском кладбище. Вторая, более позитивная, — приближающийся день рождения писателя, всегда являющийся поводом поговорить о нём.

Аверченко, как ярый противник большевизма, в советскую школьную программу не попал. Его произведения в Советской России запрещены после отъезда в эмиграцию не были, сборники его рассказов активно издавались до конца 1920-х годов. Однако в картину мира советского человека его взгляды не вписывались, и книги Аверченко были на долгие годы забыты. В 1990-е годы мы заново открыли для себя «буржуазного» жизнелюба Аверченко, а сейчас, впервые на русском языке, в Москве издаётся полное собрание его сочинений. Первое, и единственное прижизненное, вышло на чешском — в Праге.

К произведениям Аверченко можно возвращаться снова и снова, злободневности его мысли не теряют. Особенно интересно их перечитывать сейчас, в год столетия Октябрьской революции.

Мы вспомним самые интересные события чешской страницы биографии писателя, людей, с которыми он сблизился в Праге, опубликуем малоизвестные его произведения. В качестве названия для рубрики мы выбрали скромное имя, которое дал своей постоянной колонке в пражской немецкоязычной газете Prager Presse сам Аркадий Аверченко. Семнадцатого сентября 1922 года там вышла его первая заметка. В ней писатель шутил о событиях в мировой политике. К сожалению, оригинальный текст не сохранился, и мы вынуждены довольствоваться переводом с немецкого.

 

***

Ни один человек в мире, кроме Атласа, не взваливал на свои плечи такую ношу, как я.

И ни один человек в мире при этом не чувствовал бы себя настолько же хорошо, как я.

— Вы будете писать обо всём мире, — сказал редактор. С осторожностью вручив мне земной шар, он вернулся к своим делам.

Я взял огромный шар в руки, повертел его туда-сюда, вздохнул, успокаивающе поглаживая ладонью Америку, и пошёл домой.

Земной шар — круглый, шершавый, тёплый и влажный на ощупь. В Средиземном море я замочил весь пиджак, Везувием прожёг себе дыру в манишке — но, тем не менее, благополучно принёс шар домой целым и невредимым.

Дома я рассмотрел его более внимательно. Полюса были холодными, как нос охотничьей собаки, и везде было столько грязи, что не отмыть и в сто лет.

Ничего не поделаешь. Я привык выполнять что прикажут. Засучив рукава, я энергично принялся отмывать этот ком тёплой грязи.

 

Греки

По морю шёл пароход. Неожиданно разразился шторм, и корабль оказался на грани гибели. Командир сказал:

— Пристать мы не можем, давайте сбросим за борт 100 ящиков лимонов.

Так и поступили. Но буря всё усиливалась. Один из матросов предложил:

 — Господа, у нас среди пассажиров есть еврей. Давайте его бросим за борт — шторм прекратится.

Так и поступили. Но шторм всё бушевал, как разъярённый зверь.

— Погодите, — сказал другой матрос. — С нами путешествует один грек. Вместо еврея надо было бросить в море грека.

Тогда они бросили за борт грека. И тут, к общей радости, шторм внезапно прекратился. Вдруг все увидели громадную акулу, которая плыла вслед за кораблём.

Давайте-ка её выловим, ребята.

Давайте выловим.

Вытащив акулу на палубу, они вскрыли ей брюхо — внутри сидел грек и продал еврею лимоны на условиях франко акулий хвост.

Так вот, я ничуть не беспокоюсь о судьбе греков, отражающих удары турок. Греки не пропадут. У греков есть собственная политическая и дипломатическая система. С Константином дела шли неважно — они назначили Венизелоса. С Венизелосом намного лучше не стало, поэтому они вернули Константина. Константин не оправдал ожиданий, не став «спасителем Отечества» — Венизелос собирает чемоданы и едет в Грецию, чтобы спасать страну.

Правильно говорят: на двух ногах стоять всегда легче, чем на одной.

Хочу быть китайцем

В Китае есть такая традиция: если человек хочет доставить своему врагу неприятности, он идёт и вешается у его дверей.

И почему я не китаец? Почему Лев Троцкий не китаец? Уже ведь висел бы.

И хотя у меня сейчас нет собственной двери, я мог бы специально эту дверь соорудить. Даже со всеми удобствами...

 

Задача по математике

Самый вежливый и дружелюбный народ в мире — чехи.

Если бы за каждое «Má úcta», сказанное мне в этом месяце, я получал по геллеру, я мог бы построить за деньги виллу над Влтавой. И назвать её очень благородным именем:

Вилла «Má úcta».

Анна Хлебина

В следующем выпуске — как Аверченко оказался в Праге.


Написать нам

Email:
Тема:
Текст:
Пражский экспресс - газета какого города?

Мы на карте


© 2016 ПРАЖСКИЙ ЭКСПРЕСС - ЕЖЕНЕДЕЛЬНАЯ ГАЗЕТА
Частичная перепечатка материалов разрешена с активной ссылкой на www.prague-express.cz
Перепечатка материалов в бумажных носителях - только с письменного разрешения редакции.
Рейтинг@Mail.ru Система Orphus